1941 г.

Бультман: керигма и демифологизация Нового Завета

В эссе «Новый Завет и мифология» (1941) Бультман поставил вопрос герменевтики: мировоззрение Нового Завета – «трёхэтажная» вселенная, ангелы, бесы, чудеса – «мифологично», и современный человек, для которого мир есть замкнутая цепь причин и следствий, не может его принять. Либералы, как Гарнак, удаляли миф, сводя Евангелие к этическим принципам; Бультман возражал, что вместе с мифом исчезнет керигма, и предложил не исключать миф, а истолковать его экзистенциально, как выражение человеческого самопонимания. Вслед за Кэлером он заключил, что для веры важен не исторический Иисус, о котором с помощью критики форм мало что можно узнать, а керигма – проповедь церкви о Христе, через которую Слово обращено к каждому человеку. Связующим звеном древнего текста и современности Бультман считал человеческое существование, а экзистенциализм, близкий Хайдеггеру, его коллеге по Марбургу, – лучшей точкой отсчёта для его понимания. Гонсалес отмечает двусмысленность понятия «миф»; критики упрекали Бультмана в том, что он удаляет не столько миф, сколько историю, и делает нормой современное мировоззрение.