1965 г.

Мольтман, «Богословие надежды»: эсхатология в центре богословия

Вайс и Швейцер показали, что апокалиптика занимала в проповеди Иисуса центральное место, но Швейцер счёл, что несбывшееся ожидание близкого конца дискредитирует Новый Завет, а Бультман переосмыслил его экзистенциально: вечная жизнь по вере – настоящая реальность. Юрген Мольтман, прочитав «Принцип надежды» Эрнста Блоха, спросил, почему богословие избегает темы, которая должна быть его собственной, и в «Богословии надежды» (1965) вернул эсхатологии центральное место: это не последняя глава о конечных событиях, а то, на что надеется Церковь, и сама надежда, которой она живёт – «от начала до конца христианство есть эсхатология, есть надежда». Откровение для него – обещание, основанное на воскресении Христа, а Бог находится не над нами и не в нас, а впереди, как сила будущего; Церковь «подобна стреле, выпущенной в мир и нацеленной в будущее», и потому эсхатологическая вера обязательно политична. Вместе с Панненбергом, Мецем и Браатеном Мольтман положил начало течению, отвечавшему на вопрос Канта «На что я могу надеяться?»; теология надежды повлияла на Всемирный совет церквей и теологию освобождения.